Тишина пресс-центра, еще минуту назад наполненная щелчками камер, стала звонкой, как натянутая струна. Уиттакер, обычно сдержанный, сжал кулаки, и в его голосе прорезался металл: "Я не Пампеллоне. Я — тот, кто отправил его в нокдаун одной рукой, когда мы были любителями. Вы сравниваете меня с человеком, которого я переиграл, не включая вторую руку?"
Уоллес, не мигая, встретил взгляд соперника. Его тренер, Грег Иди, усмехнулся в углу, но британец уже шагнул вперед, сокращая дистанцию. Их разделял стол, но напряжение стало физическим. Секьюрити, словно по команде, выдвинулись между ними, и Уиттакер, отступив на полшага, продолжил, уже спокойнее: "Пусть они говорят, что хотят. Я знаю, что суббота покажет, кто из нас действительно на другом уровне. Бой с Биволом — это не про болтовню. Это про честь, про то, чтобы оставить все силы в ринге. И я выйду туда не мстить за слова, а забирать то, что принадлежит мне".
[/xfgiven_obzor-bk-ru-1]
